Урок 6. Как работает волонтерская группа благотворительных ремонтов? (статья)

Урок Progress:

 

Про подопечных

Отношения с подопечными у нас складываются очень разные. Зависит от людей.С кем-то теплые, даже приятельские: и пошутить, и посидеть в ними можно, покормят даже потом.А у кого-то — потребительские: пришли, делайте ремонт быстрее и жить не мешайте. А у кого-то — душевные.Такие нас ценят: мол,волонтеры стараются, делают не за деньги, пришли от души помочь.

Многие подопечные про нас говорят, мол, пришел такой рубаха-парень помочь, потрудиться. Волонтеры снизошли откуда-то с неба, они — чудо-люди. Но бывает и иначе. Прямо спрашивают: да зачем вы этим занялись, да у вас и руки не из того места растут, зачем вообще сюда пришли? Конечно, ремонт — не очень приятная вещь для жильцов. Может быть, кто-то несмотря на объяснения думает, что мы придем как наемные рабочие, всё сделаем за пару дней и уйдем. А у нас это получается долго — месяцы, потому что волонтеры не могут каждый день работать.

Как-то мы двум бабушкам помогали, так они с любовью нас принимали, стол всегда накрывали, в меру своих сил, конечно.Это были потрясающие люди. Бабушек этих до сих пор наши волонтеры вспоминают и порой жалеют, что бывают подопечные не такие, как они.

А как-то в Выхино работали. Дедушке одному ремонт делали. Мы его так и звали Дедушка. Он, действительно, был, как Дед Мазай с бородой. Дедушка тоже нас неплохо принимал, немножко кормил, шутки были всякие. Порой предлагал выпить, закусить.Всегда говорил: «Коньяк, пиво, шампанское есть, давайте я открою».Мы, конечно, отказывались. Работа.

Конечно, большинство хотят, как всегда, «быстро, качественно, недорого» и чтобы лишний раз под ногами не мешались.А наши ремонты, как уже сказано, затягиваются на месяцы. Мы можем приходить только на несколько часов в неделю.

Большинство все же понимает, что мы волонтеры движения «Даниловцы», что Фонд «Предание» оплачивает строительные материалы. Люди идут с нами на контакт, оплачивают что-то из материалов, что-то докупают. Есть такие укогоденьгилишь на еду. Они могут участвовать только добрым отношением к нам.

Об отношениях с подопечными

Подопечные — такие люди, с которыми надо строго держать дистанцию, очерчивать свои границы, иногда даже жестко. Понимаю, чтокогда это проговариваешь в начале, людям это не нравится, но сделать это надо обязательно, потому что потом дороже выйдет. Я стараюсь всегда показывать, что есть границы отношений. Панибратство в нашем труде приносит вред.

К примеру, тот дедушка из Выхино, который постоянно нам предлагал и пытался спровоцировать выпить с ним. Я каждый разему говорил, что мы не пьем, что наша деятельность этого не позволяет.

В отношении работы – это границы наших возможностей и ресурсов. Как-то хозяйка квартиры нам сказала, что нужно установить дверь за один день. Я настаивал, что сроков быть не может. Мы ж волонтеры. Вдруг кто-то не сможет прийти? Для нас – дверь поставить — это два-три рабочих дня, в каждый из которых волонтёры приходят на 2-3 часа. А покалендарю это 2-3 недели уйдет, потому, что мы работаем 1-2 дня в неделю. Женщина настаивала: «Вы должны». Я ей в ответ: «Я вам ничего не должен».

Для нас неприемлем алкоголь, нездоровая религиозная пропаганда, агрессия, обесценивание нашего труда, потребительское отношение. Да, наши волонтеры непрофессионалы, да, мы делаем, как можем, хотя среди нас есть и специалисты.Но для наших подопечных это бесплатно и это — единственная возможность улучшить их жилье.

При этом мы всегда смотрим индивидуально. На практике всё очень неоднозначно. Мы оцениваем ту ситуацию, в которой оказался человек, оцениваем, насколько ему нужна помощь. И часто готовы потерпеть что-то, но помочь.

Есть границы и в подчинении волонтёров. Необходима субординация. Наши подопечные не могут приказывать волонтерам. Они могут просить. Но вмешиваться в обговоренный заранее план работы,в работу волонтеров подопечные не могут. Все разговоры на эту тему — только с координатором волонтерской группы. Подопечные в ремонте и технологиях ничего в не понимают, поэтому вмешиваться и не могут.

Для нас важно всегда найти компромисс между технологией работы, удовлетворением подопечных, затратами и сроками. Мы допускаем небольшое отступление от технологии, чтобы сэкономить ресурсы и время. Ремонт все же благотворительный, и бюджет всегда ограничен. Но мы следим, чтобы в итоге все было качественно, и подопечные остались довольны.

Как-то хозяйка квартиры попросила нас покрасить стену под терракот. Для нас это оказалось большой проблемой. Есть множество оттенков терракотового цвета, и хозяйка квартиры ждала, что мы, наконец, подберем ей нужный. Мы перекрашивали несколько раз. Хорошо, что тогда у нас был запас краски. Мы месяц потратили на то, чтобы найти этот терракотовый цвет, что она хотела. Наверное, это было зря, но человек она хороший и к нам отнеслась по-доброму, поэтому мы согласились. Похожая история была с обоями. Хозяйка другой квартиры говорит: покупаете обои на ваше усмотрение. Купили. Поклеили полстены. Хозяйка говорит: нет, снимайте это, давайте другое что-то будем клеить. Но денег больше от благотворителей нет. У нее тоже денег нет. Мы доклеили всё, как есть. Она, в итоге, согласилась. Потом через год мы разговаривали, женщина была довольна и благодарила.

Как мы принимаем решение о ремонте?

Ремонт длится от двух месяцев до года. Комнату сделать или кухню – пара месяцев. Однокомнатную квартиру – месяцев шесть-восемь. Мы жеработаем пару дней в неделю по несколько часов. Но бывают недели, когда мы отрабатываем три или даже четыре смены.Тут многое зависит от количества волонтёров. Если их много – работаем много.

Когда мы знакомимся с человеком или семьей, которая просит о ремонте, то главное для нас – это рекомендации. Например, фонд какой-то знает этих людей и говорит, что тут всё проверено. Или рекомендации общих знакомых, которые говорят: «Да я их знаю, это не мошенники, у них, действительно, такая ситуация». То есть кто-то подтверждает, что это действительно люди малоимущие, действительно, нужду испытывают.

Порой и сам человек к нам обращается без рекомендаций. Тогда мы просим подтвердить документами, что он инвалид или мать-одиночка, или малоимущий и т.д.

Следующая проверка – это личное знакомство и осмотр квартиры. Мы приезжаем и смотрим, насколько у них потребность есть, и насколько люди готовы к нашей помощи? Были случае, что нас просили сделать ремонт в квартире, состояние которой было вполне приемлемо. Особой нужны мы не видели. Но такое очень редко бывает.В основном, приезжаешь и видишь разруху. И даже вопросы неуместны.

Но в любом случае нужно оценить, насколько этот человек хочет принять нашу помощь, насколько он готов помогать. Ведь это тоже определенная работа — содействие.Потому что, может быть, ему вообще без разницы, и он не готов быть дома, когда могут приехать волонтеры. И если хозяин не может нас принять по нашему расписанию, то ремонта не будет.

Поэтому, первое, что мы спрашиваем: насколько у нас будет доступ на объект, какое будет содействие,будет ли хозяин квартиры помогать посильно в нашем ремонте? Стремянку, например, попросить у соседей.

Следующий важный вопрос: насколько эти люди готовы к продолжительности ремонта?Я говорю сроки с запасом на несколько месяцев. Всякое может быть. Если хозяева квартирыотвечают, что готовы, то отлично — работаем.

Выясняем, насколько человек готов принять то качество, которое мы можем обеспечить. Хотя мы работаем довольно качественно, и все же недорогие стройматериалы, сменяющиеся волонтеры, непрофессионализм волонтеров — все это не дает нам возможность конкурировать с профессиональными бригадами. Мы делаем для людей бесплатно, делаем, как сами умеем, у нас благотворительная организация. Бывают и какие-то недоработки.Скажем так, у нас качество на 3 с плюсом, на 4. Хотя, некоторые вещи мы можем уже и на уровне профессиональных строителей делать.Обои поклеить, например, покрасить, ламинат уложить.Наши подопечные остаютсядовольны.

Для меня как координатора важно соотношение «цена-качество-время-результат-ресурсы». Порой мы неизбежно должны работать с потерей качества, потому что есть виды работ, где лучше потерять чуть-чуть в качестве, но в целом сделать хорошои при этомвыиграть по времени. И если подопечных устраивает, то конечно, лучше так. Приведу пример. По правиламнадо сначала делать все «мокрые» работы, а потом «сухие». Это правильно. Но мы так далеко не всегда можем. В конкретный день может прийти много волонтеров и нужно всех задействовать.

Мы не беремся за все сразу. Я говорю: давайте начнем с чего-то маленького, посмотрим, как принимает нас человек.У всех всегда хороший настрой сначала, потому что пришли ребята и сейчас всё бесплатно сделают.А когда ремонт комнаты занимает два месяца, то понимаешь, что отношение изменилось. И люди уже устают, и мы. И если мы успешно закончили ремонт в одной комнате, и поняли, что можно продолжить, то переходим в другую комнату или на кухню и т.д.

Я часто сразу могу оценить, что нас ждет.Как-то делали однокомнатную квартируна Кунцевской.Я предложил сразу всё сделать: комнату, кухню, коридор.И мы всё сделали, уложились в обозначенные сроки. А когда трехкомнатная квартира,предлагаю поэтапно. Тем более, мы не всегда знаем, сможет ли благотворительный фонд «Предание» оплатить материалы.

По видам работ мы беремся не за все. Большей частью за то, что называется косметическим ремонтом. Моя главная задача — это руководство, и мне важно понимать, какие виды ремонта может сделать группа, а не отдельные волонтеры. Лично я могу сделать и электрику, и водопровод. Но это очень ответственно, и если я не смогу, то подхватить будет некому. К тому же водопровод и электрика – это достаточно дорого. Не всегда у нас на это есть деньги.

И все же мы всегда смотрим по ситуации.Сейчас у нас ремонт, и мы столкнулись с такой проблемой: люди живут на первом этаже, и неоднократно были случаи, когда забивается канализация в подвале, и в этой квартире из туалета начинает бить фонтан. Тут приоритетная задача — обратный клапан поставить. Иначе весь ремонт будет бессмысленным.

Про деньги

Деньги для нас- самое трудное. Мы знаем всю технологию и можем организовать правильный ремонт, но мы очень сильно зависимы от тех, кто будет оплачивать стройматериалы. Мало того, что непросто найти деньги вообще, так еще и ремонт — это очень непредсказуемая вещь.

После знакомства и осмотра квартиры мы оцениваем объем работ, составляем смету и на деньги фонда «Предание» делаем закупку материалов. С одной стороны, так проще, поскольку наши заказчики после утверждения плана ремонта не могут менять свое мнение: материалы закуплены. С другой стороны, постоянно, пусть и по мелочи, всплывает что-то непредвиденное. А порой и что-то серьезное. И нужны дополнительные закупки. Хорошо еще, когда остались деньги и подходящие стройматериалыот предыдущих ремонтов.

У нас нет склада, и мы не знаем, что за ремонт будет следующий.Поэтому нам неудобно брать пожертвования от благотворителей в виде стройматериалов. Они или не подходят, или негде хранить. Мы стараемся закупать все необходимое к конкретному ремонту.

При этом мы обязательно отчитываемся за работы и за трату денег. Это правильно.
Важно, чтобы финансовый партнер доверял и семье, и нам, но не навязывал своих условий по ремонту. Если ещё и он будет что-то навязывать: например красные обои, а не зеленые, то ничего хорошего не получится.

Для нас идеальная схема работы с деньгами, когда благотворительный фонд дает нам после утверждения сметы предоплаченную карточку строительного магазина. И мы можем партиями на обговоренную сумму закупать материалыпо мере необходимости.

Про волонтеров

Наша волонтерская группа – это школа для людей, в которой можно многому научиться.

Волонтер — это прежде всего товарищ, друг, коллега. Когда люди встречаются, что-то их должно объединять. В данном случае нас объединяет такое доброе дело, как благотворительный ремонт.

Отношения с волонтерами начинаются с общего дела. А за делом мы знакомимся, общаемся, бывает, во время работы что-то рассказываем, делимся чем-то. Мне как-то сказали: «Стоит приехать только ради того, чтобы твои байки послушать». Со временем появляются какие-то другие точки соприкосновения.

Кто наши волонтеры? Почему они приходят к нам? Не все могут объяснить свои мотивы. Умногих довольно одинаковые ответы на всё. Когда я пришел вволонтерство, у меня были совершенно очевидные цели,и я это сказал.А новички какбудто что-то недоговаривают. Часто говорят общими фразами: «Я пришел, чтобы людям помочь, чтобы небесполезным быть».Но я понимаю, что у каждого волонтера есть какие-то свои личные мотивы. Возможно, кто-то пришёл найти девушку себе или жену. Кому-то не хватает компании.Волонтерство же — это такая тема, где всегда есть с кем общаться, тусить, потому что кругом приятные люди. Кому-то одиноко, но он боится в этомпризнаться. Сейчас такой мир, в котором многим людям очень одиноко. А для кого-то это — эдакий бесплатный фитнес, физический труд. Приходят офисные работники, люди из IT-сферы нередко. Им хочется руками что-то сделать. А кто-то так и говорит: «Пришел научиться делать ремонт».

Наше волонтерство такое дело, что трудно представить, чтобы приходили люди с какими-то корыстными мотивами. Тут же работать надо.

Не все одинаково хорошо входят в группу, срабатываются с волонтерами и со мной как с координатором. Бывало я вижу, что к пришедшему человеку нет доверия и расположения. Но это не должно влиять на возможность для человекаработать. И часто он работает хорошо.

Мне непросто работать с людьми, которые не совсем понимают нашу специфику. Как-то пришел волонтер, связанный по профессии со строительством. Он знает много технологических процессов и понимает, как нужно делать ремонт от начала до конца. И он видит, что мы делаем что-то не так, но не понимает, что у нас и бюджет очень ограничен, и сроки. Если все по уму делать, то ремонт затянется на 2-3 года и будет в несколько раз дороже. Этот волонтеркак-то, когда я назначил его за главного, приехал, чуть-чуть поработал и сказал: «Ребята, расходимся, больше делать ничего не надо». Я потом говорю: «Послушай, там еще очень много дел можно было сделать, зачем разошлись?» В ответ: «Ты же понимаешь, что технологический процесс важен, сначала один вид работы, потом другой»…

Невозможно работать с теми, кто не подчиняется координатору группы. Ремонт — дело серьезное, и тут должно быть единоначалие. Например, говоришь волонтеру красить стены, а он начинает клеить обои. У нас был один случай, когда по этой причине я волонтера исключил из группы.

Бывает, волонтеры не сходятся характерами с теми людьми, у кого мы делаем ремонт. Но каких-то критических последствий не было. Чтобы избежать разного рода недоразумений, волонтеры не приходят одни на объект. Только в присутствии координатора или кого-то из опытных и проверенных волонтёров. Совместный труд очень показателен. Работает с нами человек раз, два, три,и по нему сразу видно, что и как…

Волонтеры обладают некоторой свободой, но на объекте всегда есть ответственный человек, который в теме происходящего. Всегда есть тот, кто принимает решения. Не может быть такого, чтобы кто-то начал что-то делать без ведома ответственного человека. У нас все-таки стройка, где все достаточно технологично. И результат, который мы ожидаем, понятен заранее. Поэтому свобода пожеланий и свобода действий волонтёров автоматически ограничена.

Можно даже сказать, что у нас нет такого понятия, как«свобода волонтера»,«свобода творчества». Есть заказчик- есть план. Накануне прихода на объект, мы списываемся, и я говорю, что делаем, к примеру — кладем линолеум. Это всех устраивает — получить задание и грамотно его исполнить. Тут не надо ничего своего придумывать. Это же проще — сделать по плану, нежели придумывать что-то свое.

В нашем деле ответственность волонтера заключается в том, чтобы четко выполнить пункт плана, который я поручил.

О волонтерах-новичках

После прохождения общего собеседования в Движении «Даниловцы» новичок связывается со мной. Я добавляю его в чат в ВКонтакте, WhatsApp. Это наши рабочие инструменты, через которые мы общаемся. Так же я по каждому объекту создаю новую закрытую группув ВКонтакте, в которой размещено описание объекта, фотографии, рабочие вопросы. Люди заочно знакомятся с объектом.

В WhatsAppу нас два чата: один – фотографии, второй – конкретно задачи. Фотографии объекта – рабочие, для понимания нюансов. Можно туда и видео скидывать. Я часто это делаю и объясняю, что сделать, так же можно какую-то ошибку обсудить. Или допустим, сегодня на объекте был Коля, и он скинул мне фото, как они продвинулись. То есть, после каждого посещения в чат с фото выкладывается своего рода отчет.

В чате «про задачи»мы говорим только по делу. Ставим задачи на конкретный день и определяем исполнителей. Тут я стараюсь нейтрализовать все разговоры «за жизнь». В чате «про фото» это допускается.

После того, как мы добавляем новичка в эти два чата, я сам или мой помощник волонтер, которому я это поручил, принимает его на объекте. И дальше смотрим, как человек воспринимает задачи, как работает, какие у него есть навыки, как общается. Если все хорошо – он приходит и дальше. Есть вопросы или замечания, то разговариваем с ним.

У нас нет никаких особых требований к новичку-волонтеру. Самое главное, я считаю, это энтузиазм и стремление чему-то научиться. Остальное – дело наживное. У нас остаются только те, кто готов трудиться. Просто приходить и сидеть, когда все работают, невозможно же… Да и не интересно. Либо ты трудишься вместе с другими, либо ты не в команде. Если у кого-то нет вовлеченности в процесс, в следующий раз он просто не придет.

Новичков мы учим. Часто я даю задания перед приходом на объект — предлагаю видеоролики или статьи. Ребята смотрят, понимают основные принципы, как это делается, и я говорю, что у всех буду спрашивать «домашнюю работу». На месте спрашиваем, насколько люди понимают технологический процесс.Если человек ничего не посмотрел, ничего не понимает, то он занимается какой-то подсобной деятельностью. Можно просто скрести, можно грунтовать, можно замешивать клей, убирать помещения, мыть полы, много разных подсобных дел.

При этом в нашей группе человек может профессионально вырасти. Если он будет посещать на протяжении года-двух нашу работупостоянно, будет учиться и во все это вникать, то он станет профессионалом. Он сможет спокойно штукатурить, шпаклевать, плитку клеить, потолок красить, просто у него уже будет понимание технологических процессов и как все правильно делать.

Волонтеры с нами, пока у них не меняются какие-то жизненные обстоятельства. Я заметил, что когда ты начинаешь делать что-то хорошее, появляются какие-то непредвиденные дела.

Большая часть волонтеров с нами полгода — год. Я думаю, что это связано все же с тем, что у нас работа, требующая ответственности, и это не так просто. И конечно, есть особенности, связанные с тем, что мы часто работаем в неблагополучных семьях. Есть волонтеры, которые с нами уже шесть лет.А есть такие, что поработав месяц, понимают, что это не их, и уходят.

Быть координатором

Моя ответственность как координатора по отношению к волонтерам — предоставить им план действий, знать, как его исполнить, обеспечить наличие материалов, обучить волонтеров, прояснить непонятные нюансы, контролировать на стадии выполнения и в конце принять их работу или сказать «нет, нужно переделать».

Для каждого волонтера, если он действительно пришел потрудиться, я всегда стараюсь найти ту нишу, которую он заслуживает. И найти ему ту работу, которая ему больше всего нравится.

Иными словами, быть координатором группы – это организовывать процесс. Что это значит? То, что волонтер пришел, получил план, сделал, но ему не очень понятно, насколько все качественно сделано и правильно ли. А в мою задачу входит организовать процесс, подготовить место, атмосферу ремонта, съездить стройматериалы купить, начать, показать, предупредить о возможных ошибках и принять работу.

Большая часть недоделок — это, в первую очередь, мои ошибки. Где-то я не досмотрел за технологическими процессами, где-то проморгал, где-то не так объяснил.

Как-то мы клеили обои на кухне в одной квартире. Перед этим зашпаклевали стену, загрунтовали. Наклеили обои, и они начал отваливаться вместе со шпатлевкой. Потом мы разобрались, почему так произошло, и снова все сделали. В волонтерском деле невозможно без ошибок.

Но координаторство- это не только работа на объекте. Это в первую очередь — создание дружеской атмосферы. Сейчас такой век, что все в компьютерах, времени ни на что нет, друзей нормальных нет. А наш проект — это кузница друзей, это хорошие ребята, с которыми можно куда-то поехать, на велосипедах покататься, просто выехать и интересно провести время с интересными людьми. Для нас очень важны нерабочие встречи. Обычно на нихприходит человек 5-10.

Создать и поддерживать атмосферу — мне самому это интересно. Мы можем вместе собраться и поехать летом – на велосипедах покататься, зимой – в океанариум.

Я придерживаюсь такого мнения, что хороший начальник должен не мешать трудиться. Люди работают, результат есть, хорошо получается, ну и зачем я буду им что-то свое навязывать!? У них есть определенная последовательность работ.Может, она не идеальная, но если я буду вмешиваться, то всезатянется еще дольше. Конечно, я могу дать и даю рекомендации, есть нюансы, когда нужно вникнуть.Но в основном, я считаю, что хороший начальник не должен мешать хорошим людям работать.

 Координатор группы ремонтов Добровольческого движения Даниловцы Сергей Блинов